Онъ просилъ старшинъ предложить Автариту обмѣнъ плѣнныхъ, обѣщая отдать всѣхъ варваровъ за Гискона и карѳагенянъ, захваченныхъ вмѣстѣ съ нимъ. Но ливійцы и кочевники, бывшіе въ войскѣ Автарита, едва знали этихъ наемниковъ, лигурійцевъ и грековъ; республика, думали они, потому, конечно, отдаетъ ихъ за нѣсколькихъ карѳагенянъ, что они ничтожны. Они боялись ловушки. Автаритъ отказался. Тогда старшины повелѣли казнить плѣнниковъ, несмотря на убѣжденія суффета -- не предавать ихъ смерти. Онъ предполагалъ поставить лучшихъ изъ нихъ въ свои ряды и тѣмъ поселить раздоръ среди нихъ. Но ненависть взяла верхъ надъ благоразуміемъ.
Двѣ тысячи варваровъ были собраны на кладбище и привязаны къ столбамъ памятниковъ, и купцы, ремесленники, рабы и даже женщины, вдовы убитыхъ, приходили ихъ разстрѣливать изъ луковъ. Нарочно цѣлили въ нихъ медленно, чтобы продлить ихъ мученія; а между тѣмъ чернь глазѣла на это зрѣлище и ревѣла. Приносили разслабленныхъ въ носилкахъ, многіе брали ея, собой пищу, иные тутъ же проводили ночь. Разбили палатки и въ нихъ пьянствовали. Многіе нажили хорошія деньги, ссужая свои луки за извѣстную плату.
Потомъ трупы распяли на крестахъ, и они стояли на кладбищѣ какъ красныя статуи.
Одобреніе боговъ освятило это дѣло: со всѣхъ концовъ вороны чернымъ облакомъ слетались на трупы и пронзительно каркали; они рвали трупы и потомъ на терассахъ, на крышахъ храмовъ, на вершинахъ обелисковъ можно было видѣть жирныхъ птицъ ея" кусками человѣчьяго мяса въ окровавленныхъ клювахъ. Наконецъ смрадъ отъ гніющихъ труповъ до того усилился, что карѳагеняне сняли ихъ съ крестовъ: иные сожгли, иные побросали въ море, и волны, гонимыя сѣвернымъ вѣтромъ, вынесли ихъ на песокъ, въ глубину залива, передъ станомъ Автарита.
Эта казнь навела ужасъ на варваровъ; по крайней мѣрѣ, съ вершины храма Эшмуна карѳагеняне увидѣли, что они убираютъ свои палатки, собираютъ свои стада, нагружаютъ свою кладъ на ословъ, и въ тотъ же вечеръ все войско удалилось. Оно должно было занять такую позицію, чтобы преградить суффету путь въ тирскіе города и притомъ имѣть возможность вернуться подъ Карѳагенъ. Между тѣмъ два другія войска, Спендія и Мато, должны были соединиться съ Автаритомъ, и тогда всѣ вмѣстѣ предполагали напасть на суффета. Кромѣ того, къ нимъ подошла неожиданная помощь: появился Нарр'Авасъ съ тремя-стами верблюдовъ, нагруженныхъ смолою, двадцатью-пятью слонами и шестью тысячами всадниковъ.
Тогда вожди четырехъ войскъ согласились о военныхъ распоряженіяхъ. Война должна была быть продолжительна, нужно было все предвидѣть.
Положили просить содѣйствія римлянъ и предложили Спендію ѣхать посломъ въ Римъ; но, какъ перебѣжчикъ, онъ не принялъ предложенія; отправлено было двѣнадцать пословъ, тоже грековъ но происхожденію. Потомъ вожди потребовали отъ всѣхъ варваровъ клятвы въ полномъ повиновеніи. Ежедневно офицеры осматривали одежду войскъ и ихъ обувь; стражамъ не позволяли даже имѣть при себѣ щиты, потому что нерѣдко они прислоняли ихъ къ своимъ копьямъ и засыпали стоя; кто имѣлъ при себѣ какую нибудь поклажу въ тележкѣ, долженъ былъ бросить ее; слѣдовало ограничиться тѣмъ, что можно было нести за спиною. Противъ слоновъ Мато организовалъ отрядъ всадниковъ, которые были вооружены такъ, что одна броня изъ шкуры гиппопотама, усаженная шипами, покрывала и человѣка и коня; даже копыта лошадей были покрыты особой обувью.
Запрещено было грабить селенія и жестоко обращаться съ жителями нефиникійскаго происхожденія. Такъ-какъ доставка продовольствія становилась все скуднѣе, Мато приказалъ раздавать его только воинамъ, а не ихъ жонамъ. Сперва они дѣлились между собою, но многіе теряли силы отъ скудной пищи; иные сманивали чужихъ жонъ, обѣщая дѣлиться съ ними своей порціей. Ссорамъ не было конца. Мато приказалъ выгнать женщинъ изъ своего стана. Онѣ перешли въ лагерь Автарита, но отсюда ихъ выгнали жоны галловъ и ливійцевъ. Тогда иныя пошли къ стѣнамъ Карѳагена умолять о помощи; другія же упрямо шли за войскомъ Мато, цѣплялись за плащи воиновъ, били себя въ грудь и простирали къ мужьямъ руки, въ которыхъ онѣ держали своихъ маленькихъ голыхъ дѣтей. Это возбуждало жалость въ варварахъ; онѣ составляли тяжелое бремя для войска; ихъ отгоняли нѣсколько разъ, и онѣ все-таки возвратились; Мато выслалъ противъ нихъ всадниковъ Нарр'Аваса, а между тѣмъ балеарцы требовали себѣ женщинъ,.
-- И у меня нѣтъ женщины! отвѣчалъ имъ Мато.
Грозный духъ Молоха обуялъ его. Наперекоръ своей совѣсти, онъ дѣлалъ ужасныя вещи, полагая, что исполняетъ волю бога. Когда некого было мучить, онъ металъ камни по полямъ, чтобы посѣять на нихъ безплодіе.