-- Да и отъ нихъ легко отдѣлаться, не правда ли? Ихъ можно бросить, вы же разъ ужь это сдѣлали въ Сардиніи. Можно дать врагамъ знать, по какой дорогѣ они пойдутъ, или высадить ихъ гдѣ-нибудь на пустынномъ островѣ. Возвращаясь въ Карѳагенъ, я видѣлъ скалу, покрытую бѣлыми костями вашихъ наемниковъ!
-- Великая бѣда! сказалъ Капурасъ съ безстыдствомъ.
-- А сколько разъ они переходили на сторону враговъ? воскликнули другіе.
-- Такъ зачѣмъ же вы, противъ своего собственнаго обычая, призвали ихъ обратно въ Карѳагенъ? сказать Гамилькаръ: -- а теперь, когда эти бѣдняки въ вашемъ городѣ, среди вашихъ богатствъ, вы не хотите платить имъ всего жалованья? А то вы отпускаете ихъ всѣхъ и вдругъ съ женами и дѣтьми, не оставивши себѣ ни одного золотника! Или вы думали, что они станутъ умерщвлять себя для того только, чтобы избавить васъ отъ необходимости исполнять свои обѣщанія. Вы ненавидите ихъ, потому что они сильны! Еще больше ненавидите вы меня, ихъ вождя! Я чувствовать это въ ту минуту, когда вы цаловали мои руки, едва удерживаясь, чтобы не укусить ихъ.
Старшины зашумѣли, точно зарычали тѣ львы, что спали на внутреннемъ дворѣ храма. Но первосвященникъ Эшмуна всталъ и сказалъ:
-- Барка! Карѳагену необходимо, чтобы ты принялъ начальство надъ всѣми пуническими войсками.
-- Я отказываюсь, отвѣчалъ Гамилькаръ.
-- Мы предоставляемъ тебѣ полную свободу дѣйствіи! крикнули главы сцисситовъ.
-- Нѣтъ!
-- Безъ всякаго надзора иновѣрки, мы дадимъ тебѣ денегъ столько, сколько тебѣ нужно; мы предоставимъ тебѣ всю добычу; за каждый трупъ врага отведемъ тебѣ новыя земли.