-- Мистеръ Эдуардъ Рочестеръ теперь живетъ еще въ Торнфильдскомъ-Замкѣ? спросила я, зная напередъ, какой отвѣтъ долженъ послѣдовать за этимъ вопросомъ. Мнѣ хотѣлось уклониться отъ прямыхъ разспросовъ.
-- О нѣтъ, сударыня! Въ Торнфильдѣ теперь нѣтъ ни одной души. Вы, я полагаю, заѣзжая въ этой сторонѣ, иначе какъ бы вамъ не слыхать о томъ, что случилось прошлой осенью. Торнфильдскія хоромы совсѣмъ сгорѣли прошлой осенью. Ужасный пожаръ! Сколько потреблено тутъ драгоцѣнностей разнаго рода -- сундуковъ, платья, картинъ! Только мебель кой-какую успѣли спасти, да и то съ грѣхомъ по-поламъ. Пламя показалось въ глухую полночь, и прежде-чѣмъ наѣхали трубы изъ Миллькота, весь домъ уже былъ въ огнѣ. Я самъ, сударыня, былъ очевидцемъ этого страшнаго позорища.
-- Въ глухую полночь! повторила я.-- Это всегда роковой часъ для Торнфильда.-- Извѣстно ли, старичокъ, отчего произошелъ этотъ пожаръ?
-- Догадываются, сударыня, догадываются... то-есть, я, собственно говоря, заподлинно знаю, какъ это случилось. Вы, можетъ-быть, изволили слышать, продолжалъ онъ тономъ ниже и придвигая ко мнѣ свой стулъ: -- что въ домѣ проживала одна леди, странная такая... бѣсноватая леди?
-- Кажется, мнѣ говорили что-то въ этомъ родѣ.
-- Ее, видите ли, содержали въ-заперти, подъ тайнымъ надзоромъ, такъ-что нѣсколько лѣтъ сряду здѣсь почти вовсе не знали, что живетъ на свѣтѣ такая леди, никто ее не видалъ и никто не говорилъ съ ней: носились только темные, глухіе слухи, что вотъ, дескать, содержится въ Торнфильдѣ подъ замкомъ какая-то чудодѣйственная женщина, привезенная будто бы изъ-за моря мистеромъ Эдуардомъ. Болтали даже, будто она была любовницей мистера Эдуарда. Но вотъ, сударыня, за годъ передъ этимъ, случилась оказія... весьма-странная оказія...
Дѣло очевидно доходило до моей исторіи. Я хотѣла обратить вниманіе старика на главный пунктъ.
-- Ну, что жъ эта леди?
-- Да ничего, сударыня: оказалось, видите ли, что она была супругой мистера Рочестера! Это открытіе было сдѣлано по странному случаю. Проживала въ Торнфильдѣ одна дѣвица, молодая леди, гувернантка, и вотъ, мистеръ Рочестеръ влюбил...
-- Какъ же пожаръ-то произошелъ?