— Вас удивляет?
Корректный и независимый мсье Жиро принужден огорчить собеседника.
— Как представитель дружественной державы, не могу скрыть от моего правительства самых печальных… самых печальных выводов…
Каганский продолжает, чтобы не утруждать господина консула:
— Последняя степень падения. Вы сами видите, мой дорогой.
— Понятно, тяжело быть русским… Национальная честь, достоинство… пустые слова.
Мсье Жиро грустно поджимает губы и проводит рукой по животу:
— Жертвы, жертвы и жертвы. Можно понять, можно простить, если бы не бесплодно. Если ради отечества, ради порядка и права… да…
Затем со сдержанным сочувствием пожимает руку Каганского.
— Спокойной ночи.