— Да где же мы с тобою их будем учить?
— Не знаю, владыко; к ним бы надо с научением идти.
— То-то и есть.
— Да, учить надо, владыко; и утром сеять семя, и вечером не давать отдыха руке, — всё сеять.
— Хорошо говоришь, — отчего же ты так не делаешь?
— Освободи, владыко, не спрашивай.
— Нет уж, расскажи.
— А требуешь рассказать, так поясни: зачем мне туда идти?
— Учить и крестить.
— Учить? — учить-то, владыко, неспособно.