— Развѣ не здѣсь въ блокгаузѣ? спросила Юнита, не скрывая своего любопытства.
— Нѣтъ, къ сожалѣнію. Я здѣсь одна, ибо Женни поплатилась жизнію за свое безразсудство. Ты, право, не знаешь, живъ ли онъ?
— Не знаю. У него есть лодка; можетъ быть онъ на водѣ.
— Нѣтъ, этого не можетъ быть; челнокъ стоитъ еще у берега.
— Онъ не убитъ, ибо Юнита видѣла бы это; вѣрна спрятался.
— Это могло случиться, еслибъ онъ и Мунксъ нашли бы къ тому возможность. Нападеніе ваше произведено было съ страшною быстротою, Юнита.
— Тускарора! воскликнула индіянка въ восхищеніи отъ быстроты своего мужа. — Стрѣла великій воинъ!
— Но, что же мнѣ начать? Не пройдетъ много времени, какъ твои соплеменники нападутъ на блокгаузъ!
— Блокгаузъ хорошъ, не достанутъ скальпъ.
— Но они скоро узнаютъ, что здѣсь нѣтъ никакого гарнизона.