Гаврило, разводя руками, - знай только кричит: "станового пришлю!.."
- Эка невидаль! - перебил Филипп, - присылай, пожалуй! Мы становому то же скажем…
- Как же, станет он слушать! Он, знамо, управительскую руку держит, - вымолвил Гаврило, - что скажет ему управитель - тому и быть…
- Это как есть!.. Что он скажет, - тому и быть!.. Эх-ма… - послышалось отовсюду на разные тоны.
- Православные! - заговорил опять. Филипп, с живостью обращаясь к толпе, - неужто взаправду разоряться? По-моему, вот что делать: самим к управителю ехать; выбрать из мира человек пяток и ехать… А коли не поможет, напишем тогда письмо к барину; из Коломны, по почте, чрез пять дней в Питер доставят… Это всего вернее… Помереть мне, коли все это дело не от управителя; помереть - коли барин об этом ведает…
Одобрительный говор пробежал в толпе.
- Православные! - крикнул ободренный Филипп, все более и более воодушевляясь, - выходи, братцы, кто к управителю поедет! Савелий, ступай сюда в круг, - обратился он к рослому смуглому мужику, стоявшему ближе других.
- Охотников без меня много… - проговорил Савелий, запинаясь и пятясь назад.
- Стегней, выходи! - крикнул Филипп другому мужику с оживленным, решительным выражением лица.
Живое и решительное лицо быстро скрылось в толпе.