[...] Делается все голоднее и голоднее.
Ежедневно появляются списки расстрелянных. В Киеве пишут прямо и откровенно -- "в порядке проведения красного террора в жизнь, расстреляны такие-то", перечислено 40 человек, после каждой фамилии краткая характеристика вины, как, например, домовладелец. Есть уже и профессор -- Флоренский. Ян из себя выходит:
-- Что значит -- в порядке проведения в жизнь красного террора?
Вода поднимается только до первого этажа, и то кончая базаром, а дальше совершенно не поднимается. [...] Стали появляться на улицах продавцы и продавщицы съестных припасов. Вот на Херсонской сидит барышня с книжкой, а возле нее столик со сладкими пышками. Но это не для нас, конечно, а для "товарищей", ибо они очень дороги, рублей семь штука! [,..]
20 мая / 2 июня.
[...] Рано утром у нас взволнованный Федоров. Пришел пешком с Фонтана, чтобы отказаться от поступления в Агит-Просвет.
-- Нет, не могу, потерял покой после того, как согласился, -- говорит он, волнуясь. -- Лучше голодать, чем работать с ними! Все равно толку у них не выйдет. Лучше идти на техническую работу, по крайней мере, ответственности не будешь нести.
Ян одобряет и поддерживает его.
Утром письмо от Юлия Алексеевича. Письмо необыкновенно интересное: краткое описание минувшей московской зимы. Трудно удерживаться от слез, слушая его. Я сижу в библиотеке и от волнения не могу работать. Бедный Юлий Алексеевич серьезно болен. Мне кажется, доктор его успокаивает, скрывает истинное его положение. Что значит кровь из мочевого пузыря? Но какой он молодец, нет ни жалоб, ни стонов, хотя, наверное, страдал и страдает сильно. [...]
Из письма Юлия Алексеевича Бунина26: