Между-тѣмъ, какъ я съ жадностью принялась перелистывать блистательныя страницы Марміона (то были его стихотворенія), Сен-Джонъ склонилъ голову надъ моимъ рисункомъ; но вдругъ высокая его фигура вытянулась во весь ростъ, и онъ отпрянулъ отъ моего рабочаго стола. Нѣсколько минутъ мы оба молчали. Я смотрѣла на него; но онъ, казалось, уклонялся отъ моего взгляда. Я хорошо знала его образъ мыслей, и теперь его сердце было для меня открытой книгой. Въ эту минуту я была гораздо-спокойнѣе его, и потому имѣла надъ нимъ очевидный перевѣсъ. Мнѣ хотѣлось, по-возможности, сдѣлать добро мистеру Сеи-Джону.
-- Необыкновенная твердость характера и желѣзное упрямство, думала я:-- заводятъ его слишкомъ-далеко: онъ замыкаетъ въ себѣ-самомъ всякое чувство, и не дѣлится ни съ кѣмъ своими тайными страданіями. Это очень-дурно. Надобно повести рѣчь объ этой прекрасной дѣвушкѣ, которая, какъ онъ думаетъ, не должна быть его женой. Я заставлю его разговориться.
-- Садитесь, мистеръ Риверсъ, сказала я.
Стереотипнымъ его отвѣтомъ было, что онъ не намѣренъ долго оставаться.
-- Очень-хорошо, подумала я: -- ты можешь стоять, если хочешь, но ты не уйдешь отъ меня -- это вѣрно какъ дважды-два, потому-что я этого хочу. Уединеніе вредитъ тебѣ можетъ быть, болѣе, чѣмъ мнѣ. Попытаюсь затронуть тайную пружину откровенности, и, авось, мнѣ удастся отъискать отверстіе въ этой мраморной груди, въ которое можно будетъ пролить нѣсколько симпатическихъ капель успокоительнаго бальзама.
-- Какъ вы думаете, мистеръ Риверсъ -- похожъ этотъ портретъ?
-- Похожъ! На кого? Я еще не успѣлъ его разглядѣть.
-- Будто бы?!.. Какъ вы откровенны мистеръ Риверсъ!
При этой выходкѣ онъ вздрогнулъ, и бросилъ на меня изумленный взглядъ.-- "О, это еще ничего, пробормотала я про себя: -- посмотримъ дальше что будетъ. Твоя угрюмость не испугаетъ меня." Я продолжала:
-- Нѣтъ, мистеръ Риверсъ, вы отлично разсмотрѣли мою работу; но это не мѣшаетъ вамъ еще разъ полюбоваться на нее.