-- Нѣтъ еще.
-- А развѣ все это должно быть, по твоимъ разсчетамъ? Успокойся, Дженни: уже наступилъ день, который насъ свяжетъ неразрывными узами, и послѣ этого соединенія, повѣрь мнѣ, не будетъ мѣста для мечтательныхъ ужасовъ.
-- Мечтательныхъ ужасовъ! О, еслибъ въ-самомъ-дѣлѣ всѣ эти ужасы были плодомъ моего разстроеннаго воображенія! Этого я желаю теперь тѣмъ болѣе, что даже вы не можете объяснить мнѣ тайну появленія этой страшной гостьи.
-- И выходитъ на повѣрку, что эта гостья -- призракъ, иначе я зналъ бы, кто она.
-- То же самое хотѣла я сказать себѣ сегодня поутру; но когда, вставъ съ постели, я осмотрѣлась вокругъ комнаты, глаза мои увидѣли на полу предметъ, неотразимымъ образомъ обличившій ложность догадки моего холоднаго разсудка -- увидѣли покрывало, разодранное сверху до-низу на двѣ равныя части!
Мистеръ Рочестеръ судорожно вскочилъ съ своего мѣста, и поспѣшилъ обнять меня обѣими руками.
-- Слава Богу, что ты избавилась отъ другой, болѣе ужасной бѣды, въ эту проклятую ночь! Пострадало одно покрывало -- это вздоръ въ-сравненіи съ тѣмъ, что могло случиться!
Онъ дышалъ съ большимъ трудомъ, и еще тѣснѣе прижалъ меня къ своей груди. Послѣ нѣсколькихъ минутъ обоюднаго молчанія, продолжалъ онъ успокоительнымъ тономъ:
-- Теперь, кажется, Дженни, я въ-состояніи объяснить тебѣ это странное явленіе. Дѣйствительность здѣсь удивительнымъ образомъ перепуталась съ мечтою: женщина, я не сомнѣваюсь, точно входила въ твою комнату, и это была, разумѣется, Грація Пуль. Ты-сама называешь ее страннымъ существомъ, и конечно, имѣешь на это полное право послѣ всѣхъ ея выходокъ. Припомни, что хотѣла она сдѣлать со мною, и чего натерпѣлся отъ нея Месонъ? Въ состояніи между сномъ и бодрствованіемъ, ты замѣтила ея появленіе среди комнаты; но при лихорадочной настроенности духа, ты приписала ей фантастическія черты Вампира, которыхъ въ ней никакъ не можетъ быть. Длинные растрепанные волосы, кровяные глаза, багровыя щеки, посинѣлыя губы, преувеличенный ростъ -- все это было изобрѣтеніемъ твоего испуганнаго воображенія, дѣйствіемъ ночнаго кошмара. Покрывало точно было разодрано, и этотъ гнусный поступокъ совершенно сообразенъ съ характеромъ Граціи Пуль. Я вижу, ты опять намѣрена спросить, зачѣмъ держу я въ своемъ домѣ эту загадочную женщину: черезъ годъ послѣ нашей свадьбы, но не прежде, я объясню тебѣ эту загадку... Теперь, довольна ли ты, Дженни? Успокоилось ли твое сердце послѣ моего рѣшенія этой страшной тайны?
Я подумала и нашла, что въ-самомъ-дѣлѣ это былъ единственно-возможный способъ разрѣшить трудную задачу. Разсудокъ мой еще далеко не былъ удовлетворенъ; но, чтобъ успокоить своего жениха, я сказала, что совершенно вѣрю его словамъ. Теперь было почти два часа за полночь, и я рѣшилась оставить его.