-- Кажется! Скажи, пожалуйста, что у тебя на умѣ? Что ты чувствуешь?
-- Едва-ли можно выразить словами, что я чувствую, сэръ. Мнѣ хотѣлось бы продлить этотъ часъ до безконечности: кто скажетъ, что можетъ случиться къ коицу этой ночи?
-- Съ тобой припадокъ ипохондріи, Дженни. Ты слишкомъ-взволнована, или, быть-можетъ, утомлена.
-- А вы, сэръ -- чувствуете ли вы себя спокойнымъ и счастливымъ?
-- Спокойнымъ -- нѣтъ; но я счастливъ въ эту минуту, какъ-нельзя-больше.
Я взглянула, желая уловить признаки блаженства на его лицѣ; оно разгорѣлось и было покрыто самой яркой краской.
-- Будь со мною откровенна, Дженни, сказалъ онъ: -- раздѣли со мною это гнетущее горе, что лежитъ на твоей душѣ. Чего ты боишься? Не-уже-ли тревожитъ теби опасеніе, что я не могу быть хорошимъ мужемъ?
-- Эта мысль никогда не приходила мнѣ. въ голову.
-- Не тревожитъ ли тебя представленіе о новой сферѣ жизни, въ которую ты должна вступить съ завтрашняго дня?
-- Совсѣмъ нѣтъ, сэръ.