-- Я стану просить пощады, Дженни.
-- Не будетъ вамъ никакой пощады, если просьба ваша будетъ сопровождаться подобнымъ взглядомъ. Притомъ, во всякомъ случаѣ, я предложу строгія условія, на которыя вы непремѣнно должны согласиться.
-- Какія же?
-- Во-первыхъ, гаремъ немедленно долженъ быть распущенъ, и для каждой невольницы вы-сами озаботитесь пріискать приличнаго жениха; во-вторыхъ, вы немедленно отправитесь въ церковь, и обвѣнчаетесь съ своей гувернанткой; въ-третьихъ, вы дадите ей торжественное обѣщаніе вести себя приличнымъ-образомъ, не разоряясь на ея туалетъ. Этотъ послѣдній пунктъ -- говорю безъ шутокъ -- особенно для меня важенъ. Помните ли, что вы сами говорили о Целинѣ Варенсъ? о брильянтахъ и кашмирахъ, полученныхъ ею отъ васъ? Очень-хорошо: я не хочу быть для васъ англійскою Целиной. Пусть попрежнему останусь я гувернанткою Адели, которая имѣетъ въ вашемъ домѣ квартиру, столъ, и получаетъ сверхъ-того тридцать фунговъ въ годъ. Этихъ денегъ довольно на мой гардеробъ, и больше я отъ васъ ничего не потребую, кромѣ...
-- Кромѣ чего?
-- Вашего уваженія. Въ замѣнъ вы будете пользоваться моимъ уваженіемъ, и оба мы будемъ квиты.
-- Ну, миссъ Эйръ, такой врожденной гордости не найдется еще ни въ одной женщинѣ въ мірѣ.-- Вотъ мы и въ Торнфильдѣ. Угодно ли вамъ обѣдать со мною сегодня? сказалъ онъ, когда мы подъѣзжали къ воротамъ.
-- Нѣтъ, сэръ, покорно васъ благодарю.
-- Не стоитъ благодарности. Почему жь вы не хотите?
-- Я никогда не удостоивалась чести обѣдать съ вами, сэръ, и не вижу причинъ, почедіу теперь вы должны измѣнить свое обыкновеніе. Съ вами я не могу быть за однимъ столомъ до-тѣхъ-поръ...