-- О, не говорите мнѣ о брильянтахъ, милостивый государь. Дженни Эйръ не желаетъ никакихъ сокровищъ и никакихъ привилегій, кромѣ неотъемлемаго права на ваше сердце.
-- Самъ я, собственными руками, обовью золотою цѣпью шею моей невѣсты, и драгоцѣнная фероньерка украситъ ея лобъ. Браслеты заблистаютъ на рукахъ моей Дженни, и кольца обовьются вокругъ ея волшебныхъ пальцевъ.
-- Нѣтъ, сэръ, нѣтъ! Думайте о другихъ вещахъ, говорите о другихъ предметахъ и перемѣните свой тонъ. Перестаньте обращаться со мной какъ съ красавицей, и помните, что я ни больше, ни меньше, какъ ваша гувернантка.
-- Ты красавица, Дженни, и притомъ красавица, избранная моимъ сердцемъ.
-- Вы бредите на-яву или, просто, смѣетесь надо мною, милостивый государь. Ради Бога, оставьте этотъ ироническій тонъ.
Въ-самомъ-дѣлѣ, я чувствовала величайшую неловкость при этихъ, вовсе неожиданныхъ и незаслуженныхъ комплиментахъ, и живо чувствовала, что онъ или обманывается самъ, или хочетъ ввести въ заблужденіе меня.
-- Свѣтъ долженъ будетъ согласиться, что моя невѣста -- красавица первой руки, продолжалъ мистеръ Рочестеръ: -- Въ шелку и въ бархатѣ будетъ ходить моя Дженни, и розы постоянно будутъ украшать ея каштановые волосы, откуда упадетъ на ея лицо безцѣнное покрывало.
-- Но въ такомъ случаѣ, вы не узнаете меня, сэръ: я буду обезьяной въ арлекинской курткѣ или вороной въ павдиныхъ перьяхъ. Скорѣе соглашусь я видѣть васъ въ шутовскомъ костюмѣ балаганнаго паяца, чѣмъ сама одѣнусь въ платье знатной дамы. Притомъ, я не называю васъ красавцемъ, сэръ, хотя люблю васъ болѣе всего на свѣтѣ. Нѣтъ у меня ни малѣйшей охоты льстить вамъ: зачѣмъ же вы, съ такимъ упрямствомъ, льстите своей бѣдной гувернанткѣ?
Но мистеръ Рочестеръ расходился до такой степени, что повидимому вовсе утратилъ способность обращать вниманіе на мои слова.
-- Въ этотъ же день, продолжалъ онъ: -- ты поѣдешь со мною въ Миллькотъ, и сама потрудишься выбрать главнѣйшія принадлежности своего туалета. Я уже сказалъ, что мы обвѣнчаемся черезъ четыре недѣли. Свадьба наша, безъ всякой торжественности, будетъ совершена въ сельской приходской церкви, откуда мы прямо поѣдемъ въ городъ. Затѣмъ, черезъ нѣсколько дней, мы отправимся за-границу: моя Дженни увидить итальянскіе сады, французскіе виноградники -- все увидитъ, что было и есть знаменитаго въ древней и новой исторіи Европы. Опытомъ извѣдаетъ она городскую жизнь, и будетъ имѣть множество случаевъ, сравнить свои достоинства съ безчисленными недостатками другихъ женщинъ.