-- Это очень мило и внимательно, -- сказал папа-аист.
-- Но этого очень мало! -- заявила мама-аист, -- меньше уж невозможно было сделать!
Заметив их, Эльга поднялась с места и вышла на веранду, чтобы погладить их по спине. Старая пара закивала головами и наклонила шеи, а младшие дети почувствовали себя очень польщенными подобным приемом.
Эльга смотрела вверх, к сияющим звездам, которые блестели всё ярче, и между ними и ею двигалась какая-то тень, чище самого воздуха; тень эта подлетела совсем близко к ней: это был убитый ради неё христианский священник; и он также пришел на её свадебный пир, пришел из царства небесного.
-- Блеск и великолепие страны Бога превосходят всё, что известно на земле, -- сказал он.
И красавица Эльга стала молиться так крепко, так задушевно, как она еще никогда ни о чем не молилась, чтобы ей позволили хоть только на одну единственную минуту заглянуть туда, чтобы ей позволили бросить хоть один только взгляд в царство небесное, к Отцу вселенной.
Монах отнес ее туда в блеске и великолепии, в волнующемся море звуков и мыслей; и не только вокруг неё, но и в ней самой всё светилось и звучало, и слова не могли выразить того блаженства, которое она чувствовала.
-- Теперь мы должны вернуться, тебя хватятся! -- сказал он.
-- Только еще один взгляд! -- молила она, -- одну единственную, короткую минуту!
-- Мы должны вернуться на землю, гости все разойдутся!