ЕДИНОБОРСТВО

Я - побежден, и, не упорствуя,

Я встречу гибельный клинок.

Я жизнь провел, единоборствуя,

С тобою, Черный Рыцарь, Рок.

Теперь, смирясь, теперь, покорствуя,

Я признаю: исполнен срок!

Немало выпадов губительных

Я отразил своим щитом,

Ударов солнечно-слепительных,

Горевших золотым огнем.

И, день за днем, я, в схватках длительных,

С тобой стоял, к лицу лицом.

Не раз я падал, опрокинутый;

Мой панцирь был от крови ал,

И я над грудью видел - вынутый

Из ножен твой кривой кинжал.

Но были миги смерти минуты,

И, с новой силой, я вставал.

Пусть, пусть от века предназначено,

Кому торжествовать из нас:

Была надежда не утрачена -

Продлить борьбу хоть день, хоть час!

Пусть горло судорогой схвачено,

Не мне просить о coup de grace! 1

Вот выбит меч из рук; расколото

Забрало; я поник во прах;

Вихрь молний, пламени и золота

Все вкруг застлал в моих глазах…

Что ж медлить? Пусть, как тяжесть молота,

Обрушится последний взмах!

Декабрь 1913

1 Удар из милости (франц.) - удар, кладущий конец мучениям.

О СЕБЕ САМОМ

Хвала вам, девяти Каменам!

Пушкин

Когда мечты любви томили

На утре жизни, - нежа их,

Я в детской книге "Ювенилий"

Влил ранний опыт в робкий стих.

Мечту потом пленили дали:

Японский штрих, французский севр,

Все то, об чем века мечтали, -

Чтоб ожил мир былой - в "Chefs d'oeuvre".

И, трепет неземных предчувствий

Средь книг и беглых встреч тая,

Я крылий снам искал в искусстве

И назвал книгу: "Это - я!"

Но час настал для "Третьей Стражи".

Я, в шуме улиц, понял власть

Встающих в городе миражей,

Твоих звенящих зовов, страсть!

Изведав мглы блаженств и скорби,

Победы пьяность, смертный страх,

Я мог надменно "Urbi et Orbi"

Петь гимн в уверенных стихах.

Когда ж в великих катастрофах

Наш край дрожал, и кликал Рок, -

Венчая жизнь в певучих строфах,

Я на себя взложил "Венок".

В те дни и юноши и девы

Приветом встретили певца,

А я слагал им "Все напевы",

Пленяя, тайной слов, сердца.

Но, не устав искать, спокойно

Я озирал сцепленья дней,

Чтоб пред людьми, в оправе стройной,

Поставить "Зеркало Теней".

Я ждал себе одной награды, -

Предаться вновь влеченью снов,

И славить мира все услады,

И "Радуги" все "семь цветов"!

Но гром взгремел. Молчать - измена,

До дна взволнован мой народ…

Ужель "Девятая Камена"

Победных песен не споет?

А вслед? Конец ли долгим сменам?

Предел блужданьям стольких лет?

"Хвала вам, девяти Каменам!"

Но путь укажет Мусагет!

Март 1917