— Ну, так, мол, и буду.
И вот, как меня спросили: «Что вам известно?», я и начал:
— Мне, — говорю, — то известно, що все было тихо, и был день, и солнце сияло на небе высоко-превысоко во весь день, пока я не спал. И все было так, як я говорю, господа судьи. А как уже стал день приближаться к вечеру, то и тогда еще солнце сияло, но уже несколько тише, а потом оно взяло да и пошло отпочить в зори, и от того стало как будто еще лучше — и на небе, и на земли, тихо-тихесенько по ночи.
Тут меня председатель перебил и говорит:
— Вы, кажется, отвлекаетесь!
А я ему отвечаю:
— Никак нет-с!
— Вы о деле говорите, как лошади украдены.
— Я о сем и говорю.
— Ну, продолжайте.