— Другие! — говорит. — Да… вот то-то и есть… Еще и другие есть!
Развела руки, и опять задумалась, и стала сама к себе втишь приговаривать:
— Ох, ох-ох-ох!.. Одни да и другие есть… да и много их… Вот и горюшко! А что́ сделать-то?
А солдатка, не долго думая, отвечает ей:
— А ты не знаешь, баунька, что́ сделать?
— Не знаю, касатынька.
— Вот то-то и оно.
— А ты разве знаешь что-нибудь?
— Я знаю.
— Так ты скажи.