— За что, приятная, за что? Что он еще… чем тебя оскорбил?
— Он меня ужасно оскорбил… он сказал, что я не христианка, что со мною христианину жить нельзя и нельзя детей в христианстве воспитывать…
— Ах, за это ответит!
— Да, я ему это и сказала: «Я говею и сообщаюсь, а вы никогда… Кто из нас — христианин?»
— Он ответит.
— А я своего характера не переломлю!
— И не ломай! Что их еще баловать!
— Я ему сказала, что я ожесточусь, и лучше кому захочу, тому все богатство и отдам, но только я по-своему отдам, а не по-ихнему.
— Вот я теперь тебя и поняла… зачем ты сюда приехала! Конечно, тебя тут на руках носить будут!
— Очень мне нужно их ношенье! Но только вы ничего и не поняли!