— Да, затрепетала… мы так воспитаны.
— Вы очень оригинально воспитаны… Ничего не понимаете…
— Да… не понимала, а теперь мне дурно.
Пик хотел ее оттолкнуть, но вместо того принял жену под руки, отвел ее в спальню, помог ей раздеться и сказал:
— Раз что все было так, то это предается забвению.
Она в полузабытьи, с глазами, закрытыми веками, слабо пожала его руку.
— Но только мы уедем отсюда. Здесь им везде уж слишком полно.
— Как ты хочешь, букан, — прошептали милые, детские уста Пеллегрины.
Пик улыбнулся и стал целовать их и повторял:
— Мы от него уедем, уедем, букашка!