— Или… быть мажет, даже любивши другого?
— Ну, и все было б лучше.
— Может быть, только она тогда не была бы тою Марчеллой, которая стоила бы моего лучшего мнения.
— А теперь?
— Из двух зол она выбрала то, которое меньше.
— Меньше!.. Продать себя… это ты считаешь за меньшее зло?
— Не себя.
— Как не себя? Неужто этот богач ездит к ней читать с нею Петрарку или Данте?
— Нет; она продала ему свое прекрасное тело и, наверное, не обещала отдать свою душу. Ты различай между я и мое: я — это я в своей сущности, а тело мое — только моя принадлежность. Продать его — страшная жертва, но продать свою душу, свою правду, обещаться любить другого — это гораздо подлее, и потому Марчелла делает меньшее зло.
— Есть еще средство! — заметил Пик.