Он поставил шкатулку на стол, а сам, никем не прошенный, сел на стул и опустил голову и руки.
Глава девятнадцатая
Шкатулка была в полной целости. Тетушка сняла с шеи ключик, отперла ее и воскликнула:
— Все, все как было!
— Сохранно… — тихо молвил Селиван. — Я все бёг за вами… хотел догнать… не сдужал… Простите, что сижу перед вами… задохнулся.
Отец первый подошел к нему, обнял его и поцеловал в голову.
Селиван не трогался.
Тетушка вынула из шкатулки две сотенные бумажки и стала давать их ему в руки.
Селиван продолжал сидеть и смотреть, словно ничего не понимал.
— Возьми что тебе дают, — сказал исправник.