— Именно.
— Отчего же?.. — начал было я, но устыдился своей мысли и замолчал, но бабушка поняла меня и договорила:
— Верно, хочешь спросить: отчего его никто другой не узнал, а Павла с Голованом его не выдали? Это очень просто: другие его не узнали потому, что он был не городской, да постарел, волосами зарос, а Павла его не выдала жалеючи, а Голован ее любячи.
— Но ведь юридически, по закону, Фрапошка не существовал, и они могли ожениться.
— Могли — по юридическому закону могли, да по закону своей совести не могли.
— За что же Фрапошка Голована преследовал?
— Негодяй был покойник, — разумел о них как прочие.
— А ведь они из-за него все счастие у себя и отняли!
— Да ведь в чем счастье полагать: есть счастье праведное, есть счастье грешное. Праведное ни через кого не переступит, а грешное все перешагнет. Они же первое возлюбили паче последнего…
— Бабушка, — воскликнул я, — ведь это удивительные люди!