— Сменили; он взял другой предмет, стал преподавать философию, его совсем отставили. Он ушел.
— Зачем же?
— Нашел, что лучше учить азбуке как должно, чем истории и философии как не надобно.
— И с тех пор бедствует?
— Бедствует?.. Не знаю, он ни на что не жалуется.
— Это удивительный человек.
— Да, он — человек.
— Что вы думаете, если я попрошу его взяться за воспитание моих детей?
— Я думаю, что вы не можете сделать лучшего выбора, если только…
— Что?.. Вы мне скажите откровенно.