— Я тебя выжидал, — сказал он, весь встревоженный.
Настя растерялась. Какую дорогу ни выбирать, было все равно.
— Слушай, Степан!
— Говори.
— Я ведь тебе лиха никакого не сделала?
— Иссушила ты меня. Вот что ты мне сделала. Разума я по тебе решился.
— Нет, ты вот что скажи: ты за что хочешь быть моим ворогом?
— Убей меня бог на сем месте! — крестясь, проговорил Степан.
— Ты ведь знаешь мою жизнь. И без того она не мила мне: на свет бы я не смотрела, а ты еще меня ославить хочешь.
— Кто тебя хочет ославить? — сумрачно ответил Степан.