— Хорошо, сказалъ индѣецъ: пусть дѣвушка идетъ; краснокожій остороженъ и благоразуменъ, а бѣлый слишкомъ горячъ, точно огонь.
— Что, вы съ ума сошли? сердито вскричалъ Капъ. Слабая дѣвушка должна идти на встрѣчу ожидаемой опасности, тогда какъ мы, два большіе негодяя, останемся спокойны и будемъ только наблюдать? Прежде чѣмъ это случится, я….
— Тише, дядя! прошептала Марія: Стрѣла правъ и даетъ самый благоразумный совѣтъ. Ни одинъ христіанинъ не встрѣтитъ зломъ бѣдную, слабую дѣвушку, и потому мое появленіе послужитъ признакомъ мирныхъ намѣреній. Пустите меня идти, и все уладится какъ нельзя лучше. До сихъ поръ насъ никто не замѣтилъ, и поэтому, не возбуждая безпокойства, появленіе мое озадачитъ неизвѣстныхъ.
— Хорошо, сказалъ Стрѣла, не скрывая своего одобренія мужеству Маріи.
Капъ согласился нехотя, и сказалъ:- Ну, если ты думаешь, что это лучше, то или; но возьми одинъ изъ этихъ пистолетовъ, чтобы…
— Нѣтъ, нѣтъ, я болѣе полагаюсь на мою молодость и слабость, чѣмъ на всякое оружіе, перебила его Марія, и смѣло направилась къ сидѣвшимъ около огня и продолжавшимъ свой обѣдъ.
Никто не замѣтилъ ея, пока она не приблизилась къ группѣ на разстояніи ста шаговъ. Но тутъ она наступила на сухую вѣтку, которая съ трескомъ сломалась водъ ея ногами, и въ ту же минуту вскочилъ индѣецъ, котораго Стрѣла назвалъ Могиканомъ. — Другіе два схватились за свои ружья, прислоненныя къ дереву. Но, не увидѣвъ никого, кромѣ безоружной дѣвушки, Могиканъ тихо сказалъ нѣсколько словъ своимъ товарищамъ, снова усѣлся къ своему кушанью, и предоставилъ старшему изъ двухъ бѣлыхъ идти Маріи навстрѣчу.
Когда онъ приблизился, то Марія увидѣла, что дѣйствительно имѣетъ вредъ собою человѣка ея цвѣта ножи, хотя одѣяніе его было полуиндѣйское и полуевропейское. Онъ былъ среднихъ лѣтъ, и его хотя некрасивое лицо выражало столько честной прямоты и добросердечія, что Марія тотчасъ убѣдилась въ отсутствіи для нея всякой опасности. Она остановилась и спокойно ожидала приближенія неизвѣстнаго.
— Не бойтесь ничего, сказалъ онъ ей, привѣтливо кланяясь: вы здѣсь, въ пустынѣ, встрѣтились съ христіанами, которые обойдутся съ вами съ любовію и уваженіемъ. Я человѣкъ, достаточно извѣстный въ этой сторонѣ, и вѣроятно, вы слыхали какое-либо изъ моихъ именъ. Французы и Мингосы зовутъ меня «Длинное Ружье» за мое превосходное оружіе; у лучшихъ друзей моихъ, Могиканъ, я зовусь «Соколиный Глазъ», а солдаты и охотники этого берега называютъ меня Слѣдопытомъ, ибо знаютъ, что, найдя разъ начало слѣда, я никогда не потеряю конца его.
Эти добродушно сказанныя слова произвели немедленное и глубокое впечатлѣніе на Марію.