Татьяна. И в то, что им принадлежит будущее?
Синцов. И в это.
Надя. Будущее... Вот чего я не могу себе представить.
Татьяна (усмехаясь). Они очень хитрые, эти ваши пролетарии! Мы с Надей пробовали говорить с ними... вышло глупо...
Надя. Обидно даже. Старик говорил так, точно мы обе - какие-то нехорошие люди... шпионы, что ли! Тут есть другой... Греков... он иначе смотрит на людей. А старик все улыбается... И - так, точно ему жалко нас, точно мы бальные!..
Татьяна. Не пей ты так много, Яков! Неприятно смотреть.
Яков. Что ж мне делать?
Синцов. Разве уж нечего?
Яков. Питаю отвращение... непобедимое отвращение к деловитости и к делам. Я, видите ли, человек третьей группы...
Синцов. Как?