- Как звали его? - спросила мать.
- Кузнеца-то? Савел, а прозвище Евченко. Молодой еще, уж много понимал. Понимать-то, видно, - запрещается! Придет, бывало, и говорит: «Какая ваша жизнь, извозчики?» - «Верно, говорим, жизнь хуже собачьей».
- Стой! - сказала мать.
Иван очнулся от толчка и тихо застонал.
- Развезло парня! - заметил извозчик. - Эх ты, водка - водочка…
С трудом переставляя ноги, качаясь всем телом, Иван шел по двору и говорил:
- Ничего, - я могу…
13
Софья была уже дома, она встретила мать с папиросой в зубах, суетливая, возбужденная.
Укладывая раненого на диван, она ловко развязывала его голову и распоряжалась, щуря глаза от дыма папиросы.