- Скоро светать будет, лег бы ты, уснул!
- Да, я сейчас лягу! - согласился он. И, наклонясь к ней, спросил: - Поняла ты меня?
- Поняла! - вздохнув, ответила она. Из глаз ее снова покатились слезы, и, всхлипнув, она добавила:
- Пропадешь ты!
Он встал, прошелся по комнате, потом сказал:
- Ну вот, ты теперь знаешь, что я делаю, куда хожу, я тебе все сказал! Я прошу тебя, мать, если ты меня любишь, - не мешай мне!..
- Голубчик ты мой! - воскликнула она. - Может, лучше бы для меня не знать ничего!
Он взял ее руку и крепко стиснул в своих.
Ее потрясло слово «мать», сказанное им с горячей силой, и это пожатие руки, новое и странное.
- Ничего я не буду делать! - прерывающимся голосом сказала она. - Только береги ты себя, береги! Не зная, чего нужно беречься, она тоскливо прибавила: