Он плыл вверх лицом, и оно, очень белое на тёмном фоне воды, покачивалось, глядя в звёздное небо. Так странно покачивалось, точно было недовольно приёмом вахты барж и хотело сказать ей:
«Ах вы, братцы мои! Как же вы это так? Нехорошо!»
– Попал!.. – тихо произнёс вахтенный и, как все другие ранее его, – пошёл с опущенным в воду багром на корму…
Его товарищ, скосив голову к воде, шёл за ним.
– В сапогах… – сказал он, когда дошли до середины кормы.
– Чай, поди, наш брат, матросик, – отводя багром «гостя» от борта, ответил его товарищ.
– Надо быть, так…
– Про-о-во-о-дил! – выхватив шест из воды, запел вахтенный на передние баржи…
– А к берегу его поблизости от нас не прибьёт?.. Тогда всё едино – склока будет…
– Не бойсь! Теперь до мыска-то дойдёт, а там его отшибёт в фарватер. Выше как на двадцать вёрст от нас ему не пристать теперь. Да ещё, гляди, на тот берег перекинет…