-- Ах, да, королева, -- сказал Моран. -- Вы правы, господин Морис, никогда не видел. Правда, в наше время два предмета встречаются все реже.
-- Кто же это? -- спросил Морис.
-- Первое, -- важно отвечал Моран, -- это бог.
-- А, -- сказал Морис. -- Зато я могу показать вам богиню.
-- Как это? -- прервала Женевьева.
-- Да, богиню новейшего произведения, новоизобретенную Богиню Разума. Мой друг, о котором вы иногда слышали от меня, любезный, добрый Лорен, золотой человек; но одна беда -- он сочиняет четверостишия и каламбуры.
-- Так что же?
-- А то, что он заплатил дань городу Парижу Богиней Разума, так ловко выбранной, что не к чему придраться. Это гражданка Артемиза, бывшая оперная танцовщица, ныне торгуюшая разными духами на улице Мартен. Когда окончательно посвятит ее в богини, я берусь вам представить ее.
Моран с важностью благодарил Мориса наклоном головы и продолжал:
-- Другое, -- сказал он, -- это король.