-- Они меня не привязывали, -- ответил Юджин. -- Я сам дался им в руки. А чтоб я не ворочался, они придавили меня хорошим, жирным жалованьем. Ничто другое не заставило бы меня сидеть смирно.
Он самодовольно усмехнулся.
-- Ну что ж, дорогой мой юноша, ребра они вам не обломали, и что-то не видно, чтоб у вас впали бока. Ха-ха-ха-ха! Не впали ведь? Ха-ха-ха!
Юджин с интересом смотрел на этого маленького человека. Он был поражен его острым, пытливым взглядом. Какая разница между ним и Кэлвином, -- тот, пожалуй, не больше его ростом, но такой степенный, тихий, и так полон достоинства. Крикливый, неугомонный Колфакс, казалось, был насыщен электрической энергией. Он весь был как на шарнирах. "Точно у него под тонким слоем кожи голые электрические провода, -- подумал Юджин. -- Стремительный, как молния".
-- Дела у вас там, как видно, идут недурно, -- продолжал Колфакс. -- Мне приходится иногда о вас слышать. Не много, правда, не много! Самую малость! Но ничего плохого, нет, ничего плохого.
-- Надеюсь, -- небрежно отозвался Юджин. Он еще не понимал, почему Колфакс так интересуется им. Этот человек разглядывал его, словно скаковую лошадь. Глаза их время от времени встречались, и Юджин замечал во взгляде Колфакса лукавый, но приветливый огонек.
-- Ну, так в чем дело? -- спросил его наконец Юджин.
-- Дайте подумать, дорогой мой юноша! Дайте подумать, -- ответил тот, и больше Юджин ничего от него не добился.
Но вскоре после этой странной встречи, хорошо запомнившейся Юджину, Колфакс письмом пригласил его к себе в Нью-Йорк. "Очень прошу Вас уведомить меня, -- писал он, -- когда Вы намерены побывать в Нью-Йорке. Я буду рад Вас видеть у себя к обеду. Нам с Вами стоило бы познакомиться поближе и поговорить по душам".
Письмо было написано на бланке корпорации "Юнайтед мэгэзинс", недавно организованной вместо компании "Суинтон-Скадер-Дэйвис", и на штампе значилось: "Секретариат президента".