Мои слова заставили его рассмеяться.
-- Полноте! Заняты... господин Даниэль?! Знаем мы ваши занятия в Латинском квартале!.. Вот уж, правда, можно сказать... Наверно, тут замешана какая-нибудь гризетка.
-- Надо признаться, -- сказал со смехом Жак, -- мадемуазель Белая кукушка не лишена известного очарования...
Это имя -- Белая кукушка -- еще больше развеселило Пьерота.
-- Как вы сказали, господин Жак?.. Белая кукушка?.. Её зовут Белой кукушкой?.. Ха-ха-ха! Подумайте, какой шалун!.. В его-то годы!
Он сразу умолк, заметив, что дочь слушает его. Но он продолжал хохотать, и, уже спустившись с лестницы, мы все еще слышали его громкий смех, сотрясавший перила лестницы.
-- Ну, как ты находишь их? -- спросил Жак, как только мы очутились на улице.
-- Дорогой мой, господин Лалуэт очень безобразен, а мадемуазель Пьерот очаровательна.
-- Не правда ли?! -- воскликнул бедный влюбленный с такой живостью, что я не мог удержаться от смеха.
-- Ну, Жак, ты себя выдал, -- сказал я, беря его за руку.