Любка посмотрела на него снизу вверх лукаво и ласково.
— Что на нее глядеть? Ты на меня погляди... -сказала она, потом нагнулась и дотронулась пальцем до золоченого ключика, висевшего на его цепочке.
— Пусти, а то он уедет на моей лошади! — сказал фельдшер. — Пусти, чёрт! — крикнул он и, ударив ее со злобой по плечу, изо всей силы навалился грудью, чтобы оттолкнуть ее от двери, но она крепко уцепилась за засов и была точно железная. — Пусти! — крикнул он, замучившись. — Уедет, говорю!
— Где ему? Не уедет.
Она, тяжело дыша и поглаживая плечо, которое болело, опять поглядела на него снизу вверх, покраснела и засмеялась.
— Не уходи, сердце... — сказала она. — Мне одной скучно.
Фельдшер поглядел ей в глаза, подумал и обнял ее, она не противилась.
— Ну, не балуй, пусти! — попросил он.
Она молчала.
— А я слышал, — сказал он, — как ты сейчас говорила Мерику, что его любишь.