— Вот-те на! — повторил о. Христофор, поднимаясь и идя к дивану. Георгий, что с тобой? Что ты плачешь?
— Я... я болен! — проговорил Егорушка.
— Болен? — смутился о. Христофор. — Вот это уж и нехорошо, брат... Разве можно в дороге болеть? Ай, ай, какой ты, брат... а?
Он приложил руку к Егорушкиной голове, потрогал щеку и сказал:
— Да, голова горячая... Это ты, должно быть, простудился или чего-нибудь покушал... Ты бога призывай.
— Хинины ему дать... — сказал смущенно Иван Иваныч.
— Нет, ему бы чего-нибудь горяченького покушать... Георгий, хочешь супчику? А?
— Не... не хочу... — ответил Егорушка.
— Тебя знобит, что ли?
— Прежде знобило, а теперь... теперь жар. У меня все тело болит...