Ольга Ивановна не отвечала и продолжала плакать. Подождав ответа, Цветков пожал плечами и вышел. — Я завтра приеду, — крикнул он из передней. Всю дорогу, сидя в своей карете, он пожимал плечами и бормотал:
— Как жаль, что я не умею говорить! У меня нет дара убеждать и уверять. Очевидно, она не понимает меня, если лжет! Очевидно! Как же ей обьяснить? Как?