[...] Завтра 44 года, как мы пустились в путь с Яном. [...]
11 июля.
Ян очень слабеет. [...] Чтобы встать с постели тратит на сборы часа 2-3. Кроток. Смирился с болезнью, внешне во всяком случае.
16 августа.
[...] Паша [Мельгунова. -- М. Г.] опять наклеветала на Яна: "вел переговоры с Советами об издании полного собрания сочинений". Как раз наоборот -- все сделал, чтобы его произведения не были изданы в России у большевиков.[...]
О возвращении нашем в Россию не могло быть никаких переговоров, т. к. мы ни в коем случае туда и не думали ехать. Были предложения, уговоры, на которые даже серьезно не отвечали, так они были нелепы при отношении к большевикам, какое было и есть у Яна. Если с кем и виделся и разговаривал, то по двум причинам -- как бы добиться аннулирования издания и, конечно, из интереса чисто писательского -- что это за люди. [...] Вчера Ян задыхался часа 3 сряду. Я от него не отходила.
30 августа.
[...] Ян задыхается, а я смотрю и ничем помочь не могу. [...]
Не могу успокоиться относительно клеветы Паши Мельгуновой. Даже Симонов не уговаривал, понимая, что Ян в иных настроениях. [...] Расстраивает и медленность работы Лени. Не знаю, когда кончит "Зимний Дворец". Не знаю, сколько будет стоить печатание. [...]
9 сентября.