[Вера Николаевна записывает:]
13 декабря.
[...] 11-ого утром неожиданно приехал Илюша. [...]
О похоронах Демидовой он рассказывал с восторженностью. Служил Евлогий, пел чудный полный хор Афонского, церковь была полна. По дороге встречались войска, -- а она это любила. Игорь, -- как русский князь, -- истово крестился, не плакал. Лицо было просветленное. [...]
В журнале они завалены: Алданов -- новый роман, продолжение "Бегства", Зайцев -- из эмигрантской жизни, Сирин -- "Камера Обскура" [...] Берберова -- "Повелительница". [...]
Такой завал не очень хорош для Лени. [...]
Ян нас порадовал, сказал, что к февралю пришлет новое свое произведение. Бог даст, Арсеньева. Он начал что-то писать. Дай-то Бог!
Мы, слава Богу, живем сейчас очень хорошо в душевном отношении. Ян пишет и добр. Леня стал много спокойнее. Ян неуловимо стал относиться к нему серьезнее и любовнее. Галя работает много. [...]
Я все это время чувствую себя беспокойно. [...] Четверть века моего романа с Яном. [...] страшно подумать, 25 лет назад началась наша любовь и, как ни странно, она не иссякает, хотя форма ее и изменилась. И сколько за эту четверть века пережито, даже страшно, до чего человек туп. И как изменилась моя душа за это время. [...] поняла, что только в смирении можно что-нибудь сделать. [...] поняла всю тщету земных желаний.[...]
Читаю теперь "Святые" ["Святые древней Руси". -- М. Г.] Федотова -- очень для меня нужная книга. [...]