1/14 мая 1928 г.
Давно я не писала по-настоящему дневник. Я могу это делать только, когда я сравнительно спокойна. Внутренний дневник мне писать трудно, как-то стыдно. Легче и приятнее описывать внешнюю жизнь, заносить разные события, встречи.
5 день мы в Грассе. Все уже устроилось и все жаждем начать работать. [...] Мы все устали от кочевой жизни, клонит в сон, особенно Галину.
Ян очень мил, нежен, весел. Он сказал, что завтра сядет заниматься, а как придет книжка "Совр. Зап.", так примется за Арсеньева. "Это не значит, что я сейчас же буду писать. Может быть, месяц промучаюсь, нужно все обломать, выбрать, просеять". [...]
16 мая.
Дождь, грязь. После обеда пошли с Яном в город и вдруг Марк Александрович [Алданов. -- М. Г.]. Очень обрадовались. [...] За чаем спорили. Ил. Ис. [Фондаминский. -- М. Г.] доказывал, что победить большевиков можно лишь духовной силой. [...] Алданов считает, что большевизм держится на чека и может быть свергнут двумя путями: или "дворцовым переворотом" или войной. [...] Он находит, что революция произошла только потому, что была война. [...]
Ил. Ис. считает, что война войной. [...] что избежать революцию можно было бы только в том случае, если бы была дарована конституция Александром II.
Ян не согласился -- все равно, не удовольствовались бы. Может быть, если бы дал Александр I -- тогда дело иное. Ведь с Радищевым6 началось неприятие, вернее, критика. [...]
К сожалению, М. Ал. по своей ненужной щепетильности, стал торопиться на автобус. Мы повели его верхом. Но на природу, по словам Яна, он, как чеховский кучер, смотрит свысока. [...]
18 мая.