Правильно сказал Ян, что это род душевной болезни. Человек видит спичечную коробку, а выражает какое-то мутное чувство к ней. Тут не поймешь, спичечная коробка это или что-нибудь другое.
Ян вчера на прогулке говорил на тему, какое значение имеет имя автора. Если оно знаменитое, то читатель гораздо больше напрягает внимание. Поэтому -- успех, и часто даже не по заслугам. [...]
Ян с приезда Рощина повеселел, ему, конечно, было жутко по ночам. [...]
25 авг. 26 г.
Я решила недели 3 дать себе отпуск и ездить ежедневно к морю. И, поскольку это возможно, быть одной. [...]
8 сентября.
[...] 2 недели в постели. Слабость. Безразличие. [...] Ян опять в бегах, и я опять среди чужих людей. [...] Вчера был Елпатьевский. [...] Он служит в Москве амбулаторным врачом в Кремле. [...] Он считает одной пользой от революции, что самый последний мужиченка в Якутской области стал думать о том, о чем раньше никогда не думал.
9 сентября.
[...] Сегодня я совсем одна. Может быть, это лучше -- свободнее. Но тоска ужасная. Лежу в саду под пальмой, печет солнце. [...] Что бы, кажется, я дала, если бы около меня были папа, Митя, Павлик или Андрей Георгиевич [вероятно, проф. Гусаков. -- М. Г.]. Болеть для меня в настоящем положении -- кошмар. И что гнетет, что собственно это начало болезней. [...] Расплата, что имеешь мужа, который "радует других", а потому он освобожден от обязанности радовать меня. [...]
Вечером говорил, что больше всего в мире любил мать, и меня любит не меньше. Да, непонятна душа человеческая! .