Адель опрометью бросилась къ окну. Я послѣдовала за ней и остановилась въ сторонѣ, прикрытая занавѣсомъ, такъ, чтобъ ясно видѣть наружные предметы, и не выставляться напоказъ самой.
Десять минутъ, назначенныхъ Джономъ, протянулись очень-долго; но наконецъ мы услышали стукъ массивныхъ колесъ: четыре всадника галопировали по сторонамъ дороги, и за ними катились двѣ открытыя коляски, откуда виднѣлись прозрачныя вуали и развевающіяся перья. Двое всадниковъ были молоды и рисовались въ щегольскихъ костюмахъ; третій былъ мистеръ Рочестеръ на своемъ ворономъ конѣ, Мицраимѣ; Лоцманъ выдѣлывалъ передъ нимъ забавные прыжки; сбоку, подлѣ него, ѣхала леди: онъ и она рисовались на первомъ планѣ. Ея пурпуровая амазонка почти касалась земли, бѣлая вуаль раздувалась вѣтромъ, и внимательный глазъ, изъ-подъ этой прозрачной ткани, легко могъ различить роскошные густые локоны, чорные какъ смоль.
-- Миссъ Ингремъ! воскликнула мистриссъ Ферфаксъ и торопливо побѣжала внизъ къ своему посту.
Слѣдуя по гладкому шоссе, кавалькада быстро повернула за уголъ дома, и я потеряла ее изъ вида. Адель просилась теперь сойдти внизъ; но я взяла ее на колѣни, поцаловала, и старалась растолковать, что она не должна и думать встрѣчаться съ этими дамами ни теперь, ни въ другое время, если по-крайней-мѣрѣ не пришлютъ за нею нарочно; что мистеръ Рочестеръ будетъ очень-сердитъ, если она, противъ его воли, попадется имъ на глаза. Бѣдняжка расплакалась, услышавъ это неожиданное наставленіе; но скоро успокоилась опять подъ вліяніемъ моихъ нѣжныхъ ласкъ, и отерла свои слезы.
Послышалось шумное и веселое движеніе въ корридорѣ: басистые тоны джентльменовъ гармонически перемѣшивались съ серебристыми голосами молодыхъ леди, и раздѣльное всѣхъ, хотя не очень-громко, раздавался звучный голосъ торнфильдскаго помѣщика, принимавшаго прекрасныхъ и знатныхъ гостей подъ кровъ своего замка. Затѣмъ -- легкіе воздушные шаги по лѣстничнымъ ступенямъ; говоръ и шумъ подлѣ стѣнъ и оконъ галереи, нѣжный и веселый смѣхъ, и затѣмъ, на нѣсколько минутъ, смолкло все.
-- Elles changent de toileltes, сказала Адель съ глубокимъ вздохомъ. Она прислушивалась ко всѣмъ движеніямъ, и по-тихоньку дѣлала свои соображенія.-- Chez maman, продолжала она: -- quand il у avait du monde, je les suivais partout, au salon et à leurs chambres; souvent je regardais les femmes de chambre coiffer et babiller les (lames, et c'était si amusant: comme cela on apprend.
-- Не хочешь ли ты покушать, Адель?
-- Mais oui, mademoiselle: voila cinq ou six heures que nous n'avons pas mangé.
-- Очень-хорошо: покамѣстъ дамы переодѣваются въ своихъ комнатахъ, я сойду внизъ и принесу чего-нибудь закусить.
И выйдя съ возможными предосторожностями изъ своего убѣжища, я отъискала заднюю лѣстницу и прямо спустилась въ кухню. Все въ этой области было движеніе и огонь: супъ и рыба переживали послѣдній актъ своего кухоннаго процесса подъ ножомъ и разливною ложкой повара, краснаго, какъ изжаренный ракъ, и преданнаго душой и тѣломъ великому дѣлу насыщенія джентльменскихъ желудковъ. Въ передней комнатѣ, отведенной для слугъ, стояли или грѣлись у огня два, кучера и три господина, исправлявшіе, вѣроятно, должность каммердинеровъ при джентльменахъ; горничныя, какъ я думала, убрались наверхъ съ своими барышнями; новые слуги и служанки, выписанныя изъ Миллькота, гомозились по всѣмъ угламъ. Пробираясь черезъ этотъ хаосъ, я пришла наконецъ въ чуланъ, взяла холоднаго цыпленка, двѣ булки, два торта, двѣ тарелки, ножикъ, вилку, и съ этой добычей поспѣшила удалиться. Я достигла галереи, и лишь-только собиралась затворить за собою заднюю дверь, какъ ускоренный шумъ и движенія дали мнѣ знать, что леди, окончивъ свой туалетъ, готовы были выйдти изъ своихъ комнатъ. Я не могла идти впередъ, минуя двери нѣкоторыхъ изъ этихъ комнатъ и не подвергаясь опасности быть застигнутой врасплохъ съ своимъ провіантомъ; поэтому я остановилась какъ вкопаная подлѣ стѣны, не освѣщенной окномъ, гдѣ было теперь очень-темно, такъ-какъ солнце закатывалось и наступали сумерки.