"Моей репутаціи! черезъ нѣсколько дней картина будетъ выставлена!"
-- "Дѣло идетъ не о талантѣ вашемъ" -- продолжала Италіянка. "Эти дѣвушки разславили, что Г. Людовикъ здѣсь, запертъ, что онъ любитъ, что вы это знаете и что вы помогаете нашей... нашей... любви.
"Такъ чтожь! Тутъ, кажется не совсѣмъ нѣтъ правды" -- отвѣчалъ учитель.
Джиневра покраснѣла.
"Матери этихъ дѣвчонокъ дуры" продолжалъ онъ. "Если бъ онѣ пріѣхали ко мнѣ, такъ бы все дѣло объяснилось. Но -- стану я объ этомъ заботиться? Жизнь такъ коротка!" --
И онъ щелкнулъ громко пальцами надъ своей головой.
Людовикъ, который слышалъ нѣсколько изъ этого разговора, прибѣжалъ немедленно.
"Вы теряете всѣхъ вашихъ, ученицъ? вскричалъ онъ: " и я долженъ раззорить васъ?"
Художникъ взялъ руку Людовика и Джиневры и соединилъ ихъ.
"Вѣдь вы женитесь, мои любезные дѣти?" спросилъ онъ ихъ съ трогательнымъ добродушіемъ.