-- Съ условіемъ?
-- Да, и вотъ съ какимъ. Вы примиритесь съ маркизомъ Рошефильдомъ, возстановите вашу честь, поселитесь въ прекрасномъ отелѣ въ улицѣ д'Анжу и будете царить въ Парижѣ. Этого вы легко достигнете; заставьте Рошефильда играть роль въ политическомъ мірѣ, постарайтесь только быть такой же ловкой и настойчивой, какъ m-me д'Эспаръ. Вотъ какое должно быть положеніе женщины, которой я дѣлаю честь -- любить ее...
-- Но вы забываете, что необходимо согласіе Рошефильда.
-- О, дорогое дитя, -- отвѣчалъ Пальферинъ, -- мы уже все устроили и доказали маркизу, что вы лучше всѣхъ Шонцъ квартала Сенъ-Жоржа, а черезъ васъ могу быть счастливъ и я...
Цѣлую недѣлю каждый день ходилъ Калистъ къ Беатрисѣ. Антонъ ему отказывалъ, и принимая видъ, подходящій къ случаю, говорилъ: "маркиза опасно больна". Отсюда Калистъ летѣлъ къ Пальферину, лакей котораго отвѣчалъ: "графъ на охотѣ!" и каждый разъ бретонецъ оставлялъ письмо Пальферину.
На девятый день, приглашенный Пальфериномъ для объясненій, Калистъ засталъ у него Максима де-Трайля, котораго молодой повѣса хотѣлъ навѣрно сдѣлать свидѣтелемъ этой сцены, чтобы показать свое умѣнье обдѣлывать дѣла.
-- Баронъ,-- спокойно сказалъ Карлъ-Эдуардъ,-- вотъ шесть писемъ, которыя вы сдѣлали мнѣ честь написать, всѣ они цѣлы и не распечатаны, содержаніе же ихъ я угадалъ, какъ только услышалъ, что вы ищите меня повсюду съ того самаго дня, какъ я видалъ васъ изъ окна въ то время, какъ вы стояли у подъѣзда дома, гдѣ наканунѣ стоялъ я, когда вы были у окна. Я долженъ избѣгать неблагопристойныхъ вызововъ. Вы же не можете желать зла женщинѣ, которая не любитъ васъ больше. Плохое средство возвратить ее, ища ссоры съ ея избранникомъ. Но въ настоящемъ случаѣ письма ваши несправедливы и недѣйствительны, какъ говорятъ адвокаты. Вы слишкомъ благоразумны, чтобы препятствовать мужу сойтись съ женой. Маркизъ Рошефильдъ нашелъ, что настоящее положеніе маркизы не благопристойно, и черезъ шесть мѣсяцевъ, на будущую зиму, она покинетъ улицу Шартръ и переѣдетъ въ отель Рошефильдъ. Вы необдуманно мѣшали примиренію супруговъ, которое, впрочемъ, вы сами и вызвали, когда не хотѣли спасти маркизу отъ униженія, въ итальянской оперѣ. Беатриса, которой я не разъ передавалъ дружескія предложенія ея мужа, приглашая меня сѣсть съ ней въ карету, сказала: "Поѣзжайте за Артуромъ!"
-- О, Боже!-- воскликнулъ Калистъ,-- она права, я недостаточно былъ преданъ ей!
-- Но бѣдный Артуръ, къ несчастію, жилъ съ одной изъ тѣхъ ужасныхъ женщинъ, нѣкой Шонцъ, которая давно уже съ часу на часъ ждала, что ее бросятъ. Аврелія Шонцъ, которая, благодаря цвѣту лица Беатрисы, имѣла надежду сдѣлаться маркизой, конечно, взбѣсилась, видя, что ея "испанскіе замки" разрушены, и рѣшила отомстить и мужу и женѣ. Эти женщины вѣдь въ состояніи выколоть себѣ глазъ, чтобы потомъ выколоть врагу оба. Шонцъ, оставившая Парижъ, проколола шесть глазъ, и если бы я по неосторожности влюбился въ Беатрису, Шонцъ выколола бы цѣлыхъ восемь глазъ. Развѣ вы не замѣчаете, что вамъ нуженъ окулистъ.
Максимъ улыбнулся, видя измѣнившееся лицо блѣднаго Калиста, который, наконецъ-то, открылъ глаза на свое положеніе.