Въ одиннадцать часовъ Аврелія осталась съ Кутюромъ, Фабіеномъ и Рошефильдомъ. Артуръ дремалъ въ креслѣ, Кутюръ и Фабіенъ старались безуспѣшно выпроводить другъ друга. Шонцъ покончила эту борьбу, обратившись къ Кутюру: "До завтра, мой другъ!", что онъ объяснилъ въ свою пользу.
-- Вы замѣтили,-- сказалъ тихо Фабіенъ Авреліи,-- что я задумался, когда вы косвенно сдѣлали мнѣ предложеніе, не примите это за колебаніе съ моей стороны; но вы не знаете моей матери: она никогда не согласится на этотъ бракъ...
-- Вы уже въ такомъ возрастѣ, когда не требуется разрѣшенія родителей,-- заносчиво отвѣчала Аврелія,-- а если вы трусите матери, то вы мнѣ не нужны.
-- Жозефина, -- нѣжно проговорилъ "наслѣдникъ", смѣло обнимая m-me Шонцъ за талію,-- я думалъ, вы любите меня!
-- И что же?
-- Можетъ быть, возможно смягчить мою мать и добиться ея согласія.
-- Какимъ образомъ?
-- Если вы согласитесь употребить ваше вліяніе...
-- Чтобы сдѣлать тебя барономъ, кавалеромъ ордена Почетнаго Легіона, предсѣдателемъ суда? не такъ-ли?.. Слушай же, я въ своей жизни обдѣлала столько дѣлъ, что могу быть и добродѣтельной. Я могу быть хорошей, честной женой и могу поднять моего мужа очень высоко, но я хочу также, чтобы онъ меня любилъ, чтобы его взгляды, мысли, и даже намѣренія принадлежали мнѣ... Согласенъ ты на это?.. Не связывай себя неосторожно; дѣло идетъ о твоей жизни, мой милый.
-- Съ такой женщиной, какъ вы, я рѣшусь на все, очертя голову,-- отвѣчалъ Фабіенъ, опьяненный ея взглядами и ликерами.