Драматург вскочил и обнял актера за шею.
-- Вам? Нечего? Да ведь из двух слов перл создадите! Опомнитесь! Вы создадите тип, который останется в веках. О, Боже мой! Всякая бездарность может провалить и хорошую роль, но создать из малоблагодарной роли живое лицо -- это удел немногих, скажу прямо: это наш удел! А, конечно, если дать Загарину -- он ведь всю пьесу загубит.
Актер, успокоясь, кивнул головой.
-- Загарин погубит.
-- Погубит?! Он не только погубит, он мне все мое литературное имя в грязь втопчет. А вы думаете, ее Симбирскому можно дать?! Воображаю.
-- Да уж... Симбирский, -- пробормотал актер, кладя синюю краску около век. -- Поручите ему; не обрадуетесь.
-- Вот то-то и оно. Единственный есть талантливый человек, который... кстати, вы имеете последнюю книгу моих рассказов?
-- Нет.
-- Позвольте вам поднести ее; я напишу: "бриллианту, лучи которого не только ослепляют, но и восхищают, обаятельному могикану нашей сцены"...
-- Напишите "ветерану".