Необходимое заявление

В июльском номере Современника помещены две чрезвычайные статьи, направленные против Эпохи , очевидно, в отместку моей статье: Господин Щедрин, или Раскол в нигилистах ( Эпоха , No 5). Одна статья: Торжество ерундистов -- не подписана, стало быть, от редакции; другая: Посланье обер-стрижу, господину Достоевскому -- подписана псевдонимом: Посторонний сатирик и снабжена следующим, весьма замечательным примечанием редакции Современника :
Мы решительно не одобряем ни чересчур резкого тона этого послания , ни его бесцеремонных полемических приемов, а печатаем его единственно во уважение его цели, которая действительно стоит того, чтобы для ее достижения употребить даже те неодобрительные средства, какие употребил автор послания. Ред.
Это значит: Цель оправдывает средства -- правило старинное, всем известное и вдобавок западническое, следовательно, ни с какой стороны не противоречит направлению Современника .
Цель эта достигается в обеих статьях личными ругательствами, но совершенно уж прямыми и по преимуществу такими, каких еще не бывало в русской печати ( плюнуть на вас , дуракова плешь и проч.). Лично же против меня употреблено столько сплетен, что отвечать на это мне нет уже никакой возможности, а после теории неодобрительных средств , так простодушно провозглашенной Современником , -- нет и надобности. {В обеих статьях Современника есть только одно серьезное место. Это знаменитый пункт -- о яблоке натуральном и яблоке нарисованном , составляющий почти всю сущность нигилистического воззрения на искусство. Современник выказал в своем возражении всю бедность своего зо понимания этого вопроса. А между тем вопрос слишком важный, и мы непременно намерены, в скором времени, поговорить о нем обстоятельнее -- собственно ради важности вопроса.} Но все-таки я не могу не сделать, теперь же, одного заявления публике, к которому нахожу себя решительно вынужденным.
Я понимаю, что можно смеяться над болезнию какого-нибудь больного человека, то есть я этого вовсе не понимаю, но я знаю, что известного развития человек может сделать это из мщения, в припадке уж очень сильного гнева. Посторонний сатирик (не знаю, кто он именно) уверяет в одном месте своей статьи, что знает меня лично. Он говорит: Я сам лично слышал от него (то есть от меня) такие слова ... и т. д. Значит, он был знаком со мною, коли разговаривал со мной, а может, и теперь знаком. Итак, действительно, может быть, ему подробно известно, что у меня есть болезнь и что я лечусь. Знает, может, и то, как и когда получил я болезнь и т. д., одним словом, в подробности. И вот в своей статье он корит меня несколько раз тем, что я больной, а в одной выставленной им карикатурной сцене, где я изображен лично, смеется над тем, что я больной. Повторяю, всё это возможно в известном человеке и при известной степени гнева, и дивиться тут нечему. Но за что же он доктора-то моего обругал? -- вот чего я решительно не могу понять и каждый день дивлюсь этому.